«Центром культурной жизни Рязани стал «Дом искусств». Заведовал им Яков Францевич Симонс, преподаватель математики, любитель литературы, искусства». Вениамин Кисин был руководителем поэтической секции. Балетной студией «руководила Татьяна Александровна Иванова, ставшая впоследствии исследователем творчества М.Ю.Лермонтова». Выступали будущие известные литераторы Анатолий Шишко и Степан Злобин, художник Г.Тиходеев, Вадим Рындин, ставший главным художником Большого театра, Народным художником СССР, поэт Сергей Оленин – псевдоним Сергея Александровича Ценина. «В Доме искусств слушали не только местных литераторов, но и Б.Пастернака и Б.Пильняка», - писал в своих воспоминаниях Борис Моисеевич Кисин – поэт, художник, искусствовед, журналист, литературовед, полиграфист, педагог. (РГАЛИ, фонд 2255 В.Кисин и Б.Кисин, опись 2, ед. хр. 7. Борис Кисин. «Из воспоминаний». Машинопись. 1982 г., сс. 3, 4).

Во всём, определённо, во всём надо уметь находить хорошее! Даже в том, что остался без машины.

Отправься я в тот день на работу не на общественном транспорте, а, словами Пелевина выражаясь, в бункере для стояния в пробках, то так и не узнал бы, что в нашем городе проходит акция «Историческая остановка».

Водителям транспортных средств и иногородним читателям, думаю, надо пояснить, что это такое.

В.А.Коростелев

С незапамятных времен каждая площадь города имела свое предназначение. Особняком стояла Казанская, где по крайней мере, с конца 18-го века оживленной торговли не было. Причиной тому ее небольшой размер и размещение здесь уездного по воинской повинности присутствия, требовавшее при известных обстоятельствах наличия места для размещения новобранцев. С начала 20-го века присутствие находилось поблизости от площади в доме купца Шебакина на Ряжской (н.Советская).Существовала раньше недалеко от церкви Обретения Господня в месте слияния нынешних улиц Рязанской и Афиногенова другая площадь с торговыми рядами и кабаком, но в 19-м веке торговля здесь исчезла. Всего торговых площадей в городе было четыре, которые назывались: Красная (Соборная) с примыкавшей к ней Пятницкой, Старо-Базарная (Никольская) или еще ее называли Хлебной, Успенская и Вознесенская (Щепная).

Коростелев В.А.

Всякому приезжему в начале 90-х позапрошлого века, местные извозчики советовали остановиться в гостинице Брежнева, где имелся повар, затем еще на постоялом дворе Тарабукина, в котором хотя и не было кухни, но удобством он отличался. В них можно было не беспокоиться, коридорный к нужному времени всегда вызовет экипаж. Кем были эти извозчики? Частники, довольно состоятельные, мещане и крестьяне, так как хорошую лошадь, зимний и летний экипаж купить было не дешево. Наемные у хозяина, те бедняки. Желающий заняться извозным промыслом должен был засвидетельствовать в полиции свою благонадежность, так как не допускались судившиеся за воровство, буйство и нетрезвое поведение. В случае, если с этим вопросом было все нормально, то пожелавший платил положенный сбор и в начале весны или поздней осенью городская управа, совместно с чиновником полиции, проверив исправность экипажей, лошадей и внешний вид всех извозчиков, выдавала билет на этот промысел. Вместо нынешних номеров на машинах к козлам прибивался жестяной ярлык на видном месте. Второй носился на шнурке и передавался пассажиру по его требованию.

ИСТОРИЯ

время основания, исторические события, факты. село Ельник Назаровский район Красноярский край

•История основания села Ельник Назаровского района красноярского края

Коростелев В.А.

Во времена первых царей династии Романовых не было специальной службы для доставки частных писем и тем более денежных переводов. По государственной надобности грамоты воеводам в Скопин доставлялись специальными гонцами. В приходно-расходной книге Тайного приказа 1663 г.г. царя Алексея Михайловича об одной такой посылке сделана следующая пометка: «Сентября в 26 день. По указу великого государя, ево государева жалованья стряпчему конюху Лариону Левушкину рубль. Послан на Скопин да на Раманов з государевыми грамотами». Позже из Москвы с грамотами посылались стадные конюхи Алешка Потапов, Исачка Яковлев, Микитка Коляга и стряпчие конюхи Гарасим Безгодов, Клим Алексеев, Иван Сергеев.

Владимир Кудря

Так уж распорядилась судьба, что на родине своей, и предков моих, бывать пришлось нечасто. Отец мой был военным, и вслед за ним наша семья путешествовала по всей стране. А страна тогда была необъятна.

В начале лета 1964 года, когда отца, в очередной раз, перевели из Прибалтики на Кавказ, мы с матерью и младшим братом приехали в Ряжск, на всё лето.

Лето это осталось незабываемым, на всю оставшуюся жизнь. Гостили мы у Надежды Фёдоровны Серовской - тётки моей мамы, в старом доме на Малиновой улице. В то время мне было одиннадцать лет. Я запоем читал Купера и Майн Рида, а дом, который ранее принадлежал брату Надежды Федоровны - Николаю Фёдоровичу, был для меня настоящим клондайком познаний. В комнате тёти Нади, где на старом сундуке мне был определён ночлег, интересно было всё.

В 2017 г. в Москве готовится к печати книга историков и краеведов В.А. Коростелева и М.А. Российского "Прошлое скопинской земли в очерках по истории ее сел и деревень". Издание призвано подвести итог почти пятилетней скрупулезной работы с архивными документами ХVlI-ХХ вв., материалами дореволюционной и советской периодической печати, а также усилий по сбору и фиксации воспоминаний старожилов. Исследователям удалось найти новые достоверные данные об этимологии большинства топонимов современного Скопинского района, проследить по документальным материалам этапы исторического развития его населенных пунктов, оживив тем самым воспоминания о ряде деятелей прошлого, память о которых с годами потускнела или совсем изгладилась. Собранный и проанализированный авторами массив данных позволяет говорить о готовящемся издании как об "исторической энциклопедии" Скопинского района, которая включит в себя максимум известного о прошлом его селений в настоящий момент.

Авторы книги не ограничили свои интересы историей населенных пунктов дореволюционного Скопинского уезда Рязанской губернии, что ранее было характерно для скопинского краеведения. Не меньшее внимание он уделили селениям, входившим до административных реформ советского времени в состав Михайловского и Ряжского уездов Рязанской губернии и даже Епифанского уезда Тульской губернии, что потребовало обращения к нетипичному для рязанских краеведов комплексу источников.

От Ново-Красной слободы до села Новокрасное.

(Статья Александра Губарева, напечатанная в районной газете «Сапожковские вести» ко дню села Новокрасное 12-го июня 2015 года.)

Новый починок Федотовский, Смыково тож, на речке Олеевке впервые упоминается в «Переписной книге г. Ряжска и Пехлецкого стана Ряжского уезда, переписи И.И.Румянцева, 1646-1647 г.г.»

В последние месяцы мне посчастливилось познакомиться с документами Государственного архива Рязанской области по истории прекрасного Троицкого храма, на месте которого сейчас находится Муниципально-культурный центр. Благодаря бережносохраненным документам я узнала и об одном из его настоятелей протоиерее Гаврииле Константиновиче Коротаеве, а с его правнучками Наталией Игоревной Роговой из Петербурга и Александрой Евгеньевной Добромысловой (в девичестве Климентовской) из Рязани лично встретилась.

(Середина двадцатых годов.)

Коростелев В.А.

Зима 1925 года, по скопинской традиции не сытая для большинства крестьян уезда. «Колодезные журавли вытянулись нестройным рядом по запакощенному талым навозом деревенскому порядку, сгорбились, нагнулись над весенними лужами. Грязные сугробы закрутились вихрями и легли между избами ледяными хребтами, занесли мазанки, перепутали дороги… Кричит зычно и дико, над закопавшейся в снегу деревенькой, ночная птица – сыч … К открытию рек – деревенская примета. Тук…тук… тук.. – стучат песты, долбят пшено, готовят блины … Самый глухой край волости уезда – Чернавской. Деревушки – поселки, дворов по полсотни, рассыпались всеми забытые черными гнездами на серебряном просторе снежных пашен - Сергиева, Елизаветинка, Софьино, Марьино. В четверг «об маслену» празднует чернавская глушь старинный обряд – «отводы». К тёще в гости заявляется зять и несет с собой «дары» - новые лапти, а теща уже встречает зятя низкими поклонами, ведет его с почетом в «вышний» угол, ставит на стол , рядом с твердокаменными блинами, ему в дар махотку с топленым маслом. А там гульба идет с самогоном , с приплясом. Эту ночь по обычаю заночует зять у тещи, а на завтра пойдут гулянки, расцветут «караводы», раскрашенных бодягой, насурмленных сажей и напудренных мелом чернавских девушек. Ни в одной волости уезда так не распространен этот дикий и пагубный для здоровья обычай , не накрасится девушка – значит у нее горе. По сугробам, взбразгивая ныряют очумелые, загнанные лошаденки, под заливистые бормотанья колокольцев полупьяные подростки раздирают воздух дикой руганью».

Краеведы и все кому не безразлична история Рязани, в большом долгу перед памятью о первых - рязанских фотографах. Они оставили нам солидное фотонаследие: одних известных к настоящему времени видов улиц, зданий и запёчатлённых событий в городе более 300. Одиночных же и групповых портретов рязанцев — не считанное количество. Самые ранние фотографии в Рязани датировали 1870 годом - братья Блюм.

Скопинская вотчина Романовых к концу 16-го века входила в Ряжский уезд Пехлецкого стана, охватывавшего Ряжский, Скопинский и частью Данковский, Пронский уезды в границах 19-го века. На этой огромной территории к тому времени, кроме сел и деревень скопинской вотчины, находилось еще 140 селений различных собственников, всего состояло: 20 сел и селец, 104 деревни и 23 пустоши.[1] Этими селениями и землями владели различные собственники. Основатель Скопина Никита Романов умер в 1586 году, и вотчина перешла к его сыновьям Федору, Александру, Василий, Михаилу и Ивану. Федор еще при жизни отца получил боярство, а Александр стал кравчим. Однако, сначала в платежных книгах 1595-1597 г.г. и затем в писцовой книге 1629/31 г.г. писано, что скопинская вотчина, перешедшая к этому времени к Ивану Никитичу, раньше « была за братьями ево за бояры за Александром да за Василием».

Т. В. Серовская

Из моего детства...

Неправда, когда говорят, что русские Иваны не помнят родства своего, просто нашу память всячески старались стереть и уничтожить.

Род Серовских стал известен в XVII в. В 1618 г. За Московское осадное сидение был пожалован грамотой Государя Яков Семенович Серовский.